За правовое государство!

Проект адвоката Валиуллина Рустема Рафаэлевича

Жалоба в суд Самарской области о несогласии с решением Тольяттинского суда

 

В Самарский областной суд

 

От ответчика:

ООО «Издатель Эжаев А.К.»

 

Представитель ответчика:

Валиуллин Рустем Рафаэлевич

 

Заявитель:

Прокурор г. Тольятти

445037, Самарская область, г. Тольятти, ул. Юбилейная, 31 «3»

 

Заинтересованное лицо:

 

Управление Министерства Юстиции РФ по Самарской области

443041, г. Самара, ул. Льва Толстого, 125

По делу 2-4351/2010

 

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

 

24 декабря 2010 года Центральный районный суд города Тольятти Самарской области решил удовлетворить иск Прокурора г. Тольятти Самарской области в интересах Российской Федерации, признать информационные материалы - книгу «Основы веры в свете Корана и сунны» авторов Салих ас-Сухейми, Абд ар-Раззак аль Бадр, Ибрахим ар-Рухейли в переводе с арабского Э.Р. Кулиева (под ред. A.M. Факихи, А. аль-Гамиди) - 2-е изд. - М.: Издательский дом «Умма», 2006 г. - 288 с, экстремистскими материалами.

 

I. ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ

 

1. В декабре 2009 года в результате осуществления УФСБ России г. Тольятти по Самарской области комплекса оперативно-розыскных мероприятий выявлен факт реализации в книжном магазине «Центральный дом книги», расположенном в Центральном районе г. Тольятти, книги «Основы веры в свете Корана и сунны».

2. 06 мая 2009 г. специалист Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ России провела исследование, согласно которого в тексте книги «Основы веры в свете Корана и Сунны» имеется призыв к осуществлению действий, направленных на возбуждение религиозной розни. Специалист пришла к такому выводу после анализа следующего текста: «Дружба и вражда - это требования единобожия. Мусульмане обязаны дружить и враждовать, любить и ненавидеть только ради Аллаха. Они должны любить мусульман и оказывать Им помощь, враждовать с неверующими, питать к ним ненависть, не иметь с ними ничего общего... В то же время с неверующими необходимо враждовать, и аяты предостерегают от близости с ними и от скверных последствий этого. Место дружбы и вражды в религии. Дружба с верующими и враждебность к неверующим занимает важное место в исламе. Это - самая надежная из уз веры. Такое отношение к окружающим укрепляет узы любви и дружбы между мусульманами и отделяет от врагов ислама (с.249-250)». Специалист пришла к выводу, что «из контекста следует, что под «неверующими» понимаются иудеи и христиане: «Не считайте иудеев и христиан своими помощниками и друзьями, поскольку они помогают друг другу» (с.249). Специалист заключила, что из контекста следует, что под «неверующими» понимаются иудеи и христиане.

3. 30 апреля 2010 года Прокурор г. Тольятти Прокуратуры Самарской области Российской Федерации обратился с представлением в федеральный суд Центрального района г. Тольятти с просьбой признать информационные материалы - книгу «Основы веры в свете Корана и сунны» авторов Салих ас-Сухейми, Абд ар-Раззак аль Бадр, Ибрахим ар-Рухейли в переводе с арабского Э.Р. Кулиева (под ред. А.Н. Факихи, А. аль-Гамиди) - 2-е изд. - М.: Издательский дом «Умма», 2006 г. - 288 с. экстремистскими материалами. Насколько понятно из иска, его основанием является возбуждение спорным материалом религиозной розни, пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его религиозной принадлежности или отношения к религии, а также обоснование и оправдание необходимости осуществления такой деятельности. Прокурор ссылается на заключение специалиста.

4. 10 июня 2010 года Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области иск удовлетворил, вынес заочное решение, которое было отменено по заявлению ответчика 29 июля 2010 года. В заявлении об отмене заочного решения фактически был представлен отзыв на иск. С заявлением прокурора Заявитель не согласился, поскольку, по его мнению, не соблюдены права участников процесса при назначении и производстве заключения специалиста, имеющихся в деле. Специалист в своих исследованиях вырвал слова из контекста. В той же главе II (откуда приводятся цитаты в заключении специалиста) приводились разъяснения вырванных специалистом из контекста слов, где говорилось об учтивом обхождении с неверующими и невеждами, а именно предотвращении их зла и вреда посредством мягкого слова, отказа от грубости и удаления от того, кто способен причинить зло, если человек опасается его, или если это может подтолкнуть его к совершению еще большего зла, чем то, которое он уже совершает. Приводились конкретные примеры из жизни пророка ислама, как он обходился с неверующими. В отзыве на иск были приведены цитаты из Библии, подобные тем, и даже значительно суровее тех, что вырваны из контекста спорной книги.

5. 02 сентября 2010 года суд отказал в ходатайстве о вызове специалиста, проведшего исследование.

6. 02 сентября 2010 года Центральный районный суд г. Тольятти определил назначить по делу комплексную судебную психолого-лингвистическую экспертизу, производство которой поручить кандидату филологических наук, доценту кафедры славянского языкознания Тольяттинского государственного университета аккредитованному члену ГЛЭДИС Венгранович Марине Александровне, а также психологам Тольяттинского государственного университета. На разрешение экспертов поставлены вопросы о наличии в тексте спорного материала высказываний, направленных на возбуждение религиозной розни, а так же признаки оказания психологического воздействия на читателей с целью побуждения к действиям против какой-либо религии или отдельных лиц как ее представителей. Экспертам предоставлены книга и материалы гражданского дела. Суд установил, что в предварительном судебном заседании представитель заинтересованного лица возражал против поручения производства экспертизы эксперту Венгранович М.А., проживающей в г.о.Тольятти, предлагая суду поручить производство экспертизы сотрудникам Института языкознания Российской академии наук, находящимся в г. Москве, однако судом не установлены основания для отвода эксперта Венгранович М.А. Кроме того, в случае необходимости допроса эксперта в судебном заседании может стать затруднительным вызов в суд экспертов, проживающих в г.Москве. В соответствии с п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, являющейся в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы России, каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

7. С 12 ноября 2010 года по 15 декабря 2010 года психолингвистическая экспертиза была проведена. Однако вместе с Венгранович ее провела не психолог Тольяттинского государственного университета, как это было определено судом, а Качалова Снежана Викторовна, медицинский психолог психиатрического отделения № 6 ГУЗ СО «Тольяттинский психо-неврологический диспансер». Большую часть текста экспертизы из 21 страницы (со второй по одиннадцатую) эксперты анализируют свое понимание экстремизма и экстремистских материалов (существенно отличающееся от законодательного определения, а так же не имеющие отношения к поставленным перед экспертом вопросам), а так же дают объяснения некоторых терминов науки психология, ни один из которых не использовался в исследовательской части экспертизы, изложенной с двенадцатой по двадцатую страницу.

8. В исследовательской части эксперты пришли к выводу, что в оспариваемом тексте книги «Основы веры в свете Корана и сунны» имеются высказывания, направленные на возбуждение религиозной розни, признаки высказываний побудительного характера, содержащие побуждение к насильственным действиям против лиц определенной религии, а именно в главе II «ДРУЖБА И ВРАЖДА: СМЫСЛ И УСЛОВИЯ». Анализируя текст главы, эксперты приводят ряд цитат, не связанных с контекстом, в том числе из священной книги мусульман — Корана, не исследуя полностью спорную главу, в контексте разъясняющих данные положения положения Корана и высказываний пророка ислама, а так же авторского текста, в том числе с учетом отзыва на иск ответчика, имеющегося в материалах дела и предоставленного эксперту. Далее эксперты приводят свое понимание экстремизма и истолковывают приведенные им цитаты в контексте этого понимания, то есть дают им правовую оценку.

9. В отличие от специалиста Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ России, которая под неверующими в тексте книги поняла только иудеев и христиан, эксперты пришли к выводу, что под неверующими здесь понимается не определенная религиозная группа, а все религиозные группы, отличные от «поборников Аллаха».

10. На странице 18 экспертизы эксперты на страницах книги о вероучении нашли «фоновую информацию, связанную с событиями последних десятилетий (прецедентами военного характера) и нестабильностью общественно-политической ситуации на Ближнем Востоке».

11. Эксперты пришли к выводу, что в спорном материале имеются признаки оказания психологического воздействия на читателей с целью побуждения к действиям против какой-либо религии, а именно на стр. 249 говорится: «Они (т.е. мусульмане) должны любить мусульман и оказывать им помощь, враждовать с неверующими, питать к ним ненависть, не иметь с ними ничего общего». Далее по тексту следует: «...О те, которые уверовали! Не считайте иудеев и христиан своими помощниками и друзьями, поскольку они помогают друг другу. Если же кто-либо из вас считает их своими помощниками и друзьями, то он сам является одним из них». Далее на стр. 249 дается авторский комментарий, а именно: «...в то же время с неверующими необходимо враждовать, и аяты предостерегают мусульман от близости с ними и от последствий этого».

12. 24 декабря 2010 года ответчик в судебном заседании просил суд о вызове экспертов и о назначении повторной экспертизы в связи с ее противоречивостью, неполнотой и не соответствием закону, в чем ему было отказано.

13. 24 декабря 2010 года Центральный районный суд города Тольятти Самарской области решил удовлетворить иск Прокурора г. Тольятти Самарской области в интересах Российской Федерации, признать информационные материалы - книгу «Основы веры в свете Корана и сунны» авторов Салих ас-Сухейми, Абд ар-Раззак аль Бадр, Ибрахим ар-Рухейли в переводе с арабского Э.Р. Кулиева (под ред. A.M. Факихи, А. аль-Гамиди) - 2-е изд. - М.: Издательский дом «Умма», 2006 г. - 288 с, экстремистскими материалами.

14. В обоснование своего решения суд сослался на заключение лингвистического исследования, проведенного специалистом Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ Российской Федерации, согласно которому в тексте книги «Основы веры в свете Корана и сунны» имеются высказывания, побуждающие мусульман к осуществлению действий, направленных на возбуждение религиозной розни: «Дружба и вражда - это требования единобожия. Мусульмане обязаны дружить и враждовать, любить и ненавидеть только ради Аллаха. Они должны любить мусульман и оказывать им помощь, враждовать с неверующими, питать к ним ненависть, не иметь с ними ничего общего... В то же время с неверующими необходимо враждовать, и аяты предостерегают от близости с ними и от скверных последствий этого. Место дружбы и вражды в религии. Дружба с верующими и враждебность к неверующим занимает важное место в исламе. Это - самая надежная из уз веры. Такое отношение к окружающим укрепляет узы любви и дружбы между мусульманами и отделяет от врагов ислама (с.249-250)».

15. Так же суд сослался на выводы психолингвистической экспертизы, не приведя конкретных фраз, которые побудили суд прийти к оспариваемому в настоящей кассационной жалобе решению.

16. Суд отметил в своем решении, что отклонил ходатайство представителя издательства о вызове в суд экспертов и о назначении повторной экспертизы, поскольку доводы ходатайства свидетельствуют о несогласии с выводами экспертов и фактически являются оценкой заключения, что не может служить основанием для проведения повторного экспертного исследования.

 

Считаю решение Центрального районного суда г. Тольятти от 24 декабря 2010 года необоснованным и не мотивированным.

Согласно части 4 статьи 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства.

Согласно статьи 362 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда в кассационном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

 

II. ИЗЛОЖЕНИЕ НАРУШЕНИЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИИ И ЕЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

 

Считаем нарушенной статью 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу... в обучении. Так же считаем нарушенной статью 10 Конвенции, согласно которой каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу... распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей...

Вышеуказанные статьи имеют ограничения, изложенные в их вторых пунктах. Поэтому Европейский суд всегда рассматривает такие критерии, как то, было ли вмешательство государства «необходимым в демократическом обществе». Критерий необходимости требует от Европейского Суда установления того, было ли обжалуемое вмешательство обусловлено «настоятельной общественной потребностью», было ли оно «соразмерным преследуемой правомерной цели», и являются ли доводы, приведенные национальными властями в его оправдание, «существенными и достаточными». Национальным властям предоставлена определенная свобода усмотрения в оценке того, существует ли подобная потребность, и какие меры необходимо принять в этой связи. Однако это усмотрение не является безграничным, а подлежит надзору со стороны Совета Европы в лице Европейского Суда, задача которого состоит в том, чтобы принимать окончательное решение о совместимости таких ограничений со свободой выражения, защищаемой статьей 10 Конвенции. Поэтому задача Европейского суда не в том, чтобы подменять национальные органы, а в том, чтобы в свете статьи 10 Конвенции и с учетом обстоятельств дела в целом проверять их решения, основанные на таком усмотрении. При этом Европейский Суд должен убедиться в том, что национальные власти применяли нормы, соответствующие принципам статьи 10 Конвенции и, более того, что они основывали свои решения на приемлемой оценке обстоятельств, относящихся к делу.

Ни одного из вышеизложенных обстоятельств Центральный районный суд г. Тольятти во внимание не принял, а руководствовался лишь сомнительными заключениями экспертов и специалиста, которые явно были тенденциозны и не квалифицированы.

Специалисты в своих исследованиях вырвали слова из контекста. В той же главе II (откуда приводятся цитаты в заключении специалиста) приводится следующее разъяснение вырванных специалистом из контекста слов, не проанализированным экспертами: «Разница между потворством и учтивым обхождением и их влияние на отношения с верующими и неверующими. Потворство – это прекращение призыва к одобряемому и удержания от порицаемого, лестная похвала неверующих и ослушников ради приобретения мирской выгоды, нежелание ревностно защищать религию тогда, когда мусульманин обязан поступать так. Примерами этого является общение с грешниками и неверующими; сопровождение их тогда, когда они ослушаются Аллаха и увязают в неверии; отказ от порицания их даже тогда, когда человек способен на это... Учтивое обхождение – это предотвращение зла и вреда посредством мягкого слова, отказа от грубости и удаления от того, кто способен причинить зло, если человек опасается его, или если это может подтолкнуть его к совершению еще большего зла, чем то, которое он уже совершает. Сюда относятся воздержание от грубости и доброе отношение к невежде во время обучения или к нечестивцу во время назидания, порицание его мягким словом или поступком, в особенности, если есть необходимость в склонении его на сторону ислама... Итак, Пророк учтиво обошелся с вошедшим к нему мужчиной, несмотря на то, что тот был скверным человеком. Он поступил так в интересах религии, и это значит, что учтивое обхождение не противоречит дружбе исключительно с правоверными, если в этом есть польза, например, предотвращение вреда, склонение к исламу, уменьшение или ослабление вреда... Еще одним примером этого является учтивое обхождение Пророка с лицемерами в Медине. Он поступал так, потому что опасался их зла и пытался склонить на сторону ислама их самих и остальных людей. Такое отношение отличается от потворства, которое запрещается, потому что в его основе лежит лживая лесть в адрес скверных людей не во благо религии, а ради мирской выгоды... Достоверные тексты указывают на то, что мусульманам разрешается иметь отношения с неверующими в мирских делах, например, вести с ними торговлю, сдавать что-либо в аренду им, арендовать что-либо у них, нанимать их на работу и даже просить их о помощи при необходимости, если это носит ограниченный характер и не может навредить исламу и мусульманам».

Отмечу, что процитированное высказывание было изложено в конце третьей главы, на которую ссылаются эксперты, а при лингвистическом анализе текста конец текста традиционно считается самым сильным по воздействию текстовым фрагментом.

Кроме того, заявитель утверждал в прениях, что оценка суда должна учитывать манеру, в которой был изложен текст спорного материала, его содержание, контекст, и цели, важным аспектом анализа будет оценка, насколько текст, о котором идет речь, если его рассматривать как целое, объективно выглядел как способствовавший пропаганде расистских взглядов и идей. Как прецедент ответчик ссылался на дело Йерсилд (Jersild) против Дании. Решение Европейского Суда по правам человека от 23 сентября 1994 г.

Ответчик так же ссылался на прецедент «Санди Таймс» (The Sunday Times) против Соединенного Королевства, решение Европейского суда по правам человека от 26 апреля 1979 г., в котором Суд отметил, что предание огласке некоторых фактов могло бы послужить своего рода тормозом для развертывания спекулятивной и непросвещенной дискуссии (хотя дело касается журналистского материала, оно применимо и к нашему делу, суд должен был учесть это обстоятельство по нижеизложенным причинам).

Применяя вышеизложенные в последних двух абзацах принципы, высказанные Европейским Судом, к нашему делу, суд не учел слова заявителя о том, что в судебном заседании речь идет о книге, которая в целом затрагивает исключительно вопросы вероучения, что следует из ее названия и всего текста. Целью книги является научить мусульман правильно верить и защитить свою веру от привнесения извне чуждых ей элементов. В ней не затрагивались вопросы каких-либо действий или бездействий мусульман, тем более насильственных, а только их внутренний мир. Суд даже не учел контекст главы, слова из которых посчитал противоправными, как было показано выше.

Более того, если даже почитать эту спорную главу целиком, то стало бы ясным, что она служит своего рода тормозом для развертывания спекулятивной и непросвещенной дискуссии вокруг коранических стихов, в которых говорится о вражде и ненависти к неверующим. На примере других коранических стихов и поступков пророка Мухаммада, изложенных выше в настоящей жалобе, показывается, что мусульмане должны испытывать вражду и ненависть не к людям, а к их убеждениям, порочным поступкам. Эта вражда и ненависть имеет целью оградить вероубеждения мусульман от искажений, а так же оградить верующих от совершения порочных поступков, которые они могут увидеть у других людей.

 

Кроме того, текстов, которые можно вырвать из контекста и составить подобные заключения экспертов, достаточно, например, и в Библии.

«Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку - домашние его» (Матф. 34-36).

В Откровении 19:11-21 записано: «И увидел я отверстое небо, и вот, конь белый, и сидящий на нем называется Верный и Истинный, Который праведно судит и воинствует. Очи у Него как пламень огненный, и на голове Его много диадим. Он имел имя написанное, которого никто не знал, кроме Его Самого. Он был облечен в одежду, обагренную кровью. Имя Ему: Слово Божие. И воинства небесные следовали за Ним на конях белых, облеченные в виссон белый и чистый. Из уст же Его исходит острый меч, чтобы им поражать народы. Он пасет их жезлом железным; Он топчет точило вина Его ярости и гнева Бога Вседержителя. На одежде и на бедре Его написано имя: Царь царей и Господь господствующих. И увидел я одного Ангела, стоящего на солнце; и он воскликнул громким голосом, говоря всем птицам, летающим посредине неба: летите, собирайтесь на великую вечерю Божию, чтобы пожирать трупы царей, трупы сильных, трупы тысяченачальников, трупы коней и сидящих на них, трупы всех свободных и рабов, и малых и великих. И увидел я зверя, и царей земных, и воинства их, собранные, чтоб сразиться с Сидящим на коне и с воинством Его. И схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению: оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою; а прочие убитые мечом Сидящего на коне, исходящим из уст Его, и все птицы напитались их трупами».

Что касается Ветхого Завета, то это: «Не отдавайте дочерей ваших в замужество за сыновей их, и их дочерей не берите за сыновей ваших, и не ищите мира с ними во все времена…» (2 Ездры 8:81-82). «А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, [и Гергесеев,] как повелел тебе Господь Бог твой, дабы они не научили вас делать такие же мерзости, какие они делали для богов своих, и дабы вы не грешили пред Господом Богом вашим» (Ветхий Завет, Второзаконие 20:16-18).

Кроме того, отказ суда в своем решении исследовать доводы защиты, исследовать текст таким образом, как его исследует Европейский суд, уже сам по себе представляет собой нарушение статьи 9 и 10 Конвенции.

 

Считаю нарушенной статью 6 Конвенции, согласно которой каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое разбирательство дела.

Вышеуказанное положение Конвенции нарушено отказом суда в проведении дополнительной экспертизы (пункты 12, 16 Изложения фактов жалобы).

 

Согласно статьи 80 ГПК РФ в определении о назначении экспертизы суд указывает фамилию, имя и отчество эксперта либо наименование экспертного учреждения, которому поручается проведение экспертизы.

Согласно пункта 3 Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации № 28 от 21 декабря 2010 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам» в целях обеспечения реализации участвующими в деле лицами их права на отвод эксперта в определении (постановлении) о назначении экспертизы необходимо указывать наименование экспертного учреждения, в котором должна быть произведена экспертиза, а при невозможности производства экспертизы в этом учреждении – вновь выносить определение (постановление) о назначении экспертизы в другом экспертном учреждении. По ходатайству указанных лиц суд обязаны сообщать фамилию, имя, отчество эксперта, которому руководителем государственного судебно-экспертного учреждения поручено производство экспертизы. При поручении производства экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, суду следует предварительно запросить сведения, касающиеся возможности производства данной экспертизы, а также сведения об эксперте, в том числе его фамилию, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы в качестве судебного эксперта и иные данные, свидетельствующие о его компетентности и надлежащей квалификации, о чем указать в определении (постановлении) о назначении экспертизы.

 

Согласно пункта 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 28 от 21 декабря 2010 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам» при проведении комплексной экспертизы, осуществляемой несколькими экспертами, в заключении экспертов должно быть указано, какие исследования провел каждый эксперт, какие факты лично он установил и к каким пришел выводам. Эксперт дает заключение от своего имени на основании исследований, проведенных им в соответствии с его специальными знаниями, и несет за данное им заключение ответственность в установленном законом порядке.

Согласно статьи 23 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при производстве комиссионной судебной экспертизы экспертами разных специальностей в заключении экспертов указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвующий в производстве комплексной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность.

 

Согласно статьи 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Согласно пункта 13, 15 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 28 от 21 декабря 2010 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам» основаниями для проведения дополнительной экспертизы, поручаемой тому же или другому эксперту, являются недостаточная ясность или полнота заключения эксперта. Под недостаточной ясностью следует понимать невозможность уяснения смысла и значения терминологии, используемой экспертом, методики исследования, смысла и значения признаков, выявленных при изучении объектов, критериев оценки выявленных признаков, которые невозможно устранить путем допроса в судебном заседании эксперта, производившего экспертизу. Неполным является такое заключение, в котором не учтены обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов. При возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии противоречий в выводах экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту. Необоснованным следует считать такое заключение эксперта, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования. Суд также вправе назначить повторную экспертизу, если установит факты нарушения процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов.

Применяя вышеизложенные положения законодательства и судебной практики в нашем деле можно отметить следующие нарушения законодательства, а как следствие нарушения процессуальных прав участников процесса:

1. Суд в определении о назначении экспертизы, вопреки воле сторон, самостоятельно определил экспертное учреждение и эксперта (пункт 6 Изложения фактов жалобы). Однако, неожиданно для сторон, экспертиза была проведена специалистом, не названным сторонам, а так же не названной в судебном процессе организации (пункт 7 Изложения фактов жалобы). У стороны имеется основание полагать, что этот эксперт не обладает необходимыми познаниями, так как его специализация, как видно, имеет отношение к работе с больными людьми, но никак не с текстами. Он не является государственным судебным экспертом, поэтому у сторон не было возможности обратиться к суду с просьбой предварительно запросить сведения, касающиеся возможности производства данной экспертизы, а также сведения об эксперте, в том числе его фамилию, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы в качестве судебного эксперта и иные данные, свидетельствующие о его компетентности и надлежащей квалификации, соответственно воспользоваться правом на отвод.

2. В спорном заключении экспертов не указано, какие исследования провел каждый эксперт, какие факты лично он установил и к каким пришел выводам. Требования закона о том, что каждый эксперт подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность, не выполнены, что делает иллюзорным последующее привлечение экспертов к установленной ответственности.

 

Кроме того, в спорном заключении эксперта невозможно уяснить смысл и значения терминологии, используемой экспертом, методики исследования, смысла и значения признаков, выявленных при изучении объектов, критериев оценки выявленных признаков (пункт 7 Изложения фактов жалобы), значительную часть экспертизы занимает анализ определения понятия «экстремизм», не совпадающего с законодательным определение, и анализ не используемых в экспертизе понятий. Так же заключение эксперта являлось явно неполным, в нем не учтены обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов, на которые постоянно ссылался ответчик, а именно фразы о необходимости хорошего отношения к неверующим, и неправомерности изъятия из контекста фраз экспертами и специалистом.

Считаю, что по делу нарушен пункт 1 статьи 6 Конвенции, согласно которой каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое разбирательство дела, а так же подпункт «d» п. 3 ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которого каждый, как минимум, имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены. Согласно позиции ЕСПЧ решение суда будет не соответствовать требованиям статьи 6 Конвенции, если оно основывается исключительно или преимущественно на показаниях свидетеля, допросить которого в суде не предоставили возможности.

Отказом в допросе экспертов была подорвана вся система защиты, так как это единственные свидетели, на которых строится решение суда (пункт 5, 12, 16 Изложения фактов жалобы). Допрос экспертов мог бы внести вклад в поддержание равного процессуально-правового статуса истца и ответчика. Отказом в допросе экспертов защите не была предоставлена надлежащая и достаточная возможность оспорить заявления, которые явятся юридическим основанием решения суда.

Несправедливость отказа в допросе экспертов и специалистов усиливается тем, что в постановлении о назначении экспертизы суд отказал ответчику в проведении экспертизы сотрудниками Института языкознания Российской академии наук, находящимся в г. Москве, по собственному усмотрению поручил проведение экспертизы эксперту Венгранович М.А., проживающей в г.о.Тольятти, хотя его об этом не просил ни истец, ни ответчик. Основанием отказа в проведении экспертизы в Москве было именно то, что в случае необходимости допроса эксперта в судебном заседании может стать затруднительным вызов в суд экспертов, проживающих в г. Москве, сославшись на пункт 1 статьи 6 Конвенции (пункт 6 Изложения фактов жалобы).

Более того, экспертиза была поручена психологу Тольяттинского государственного университета, однако ее провела Качалова Снежана Викторовна, медицинский психолог психиатрического отделения № 6 ГУЗ СО «Тольяттинский психо-неврологический диспансер» (пункт 7 Изложения фактов жалобы). Это обстоятельство дает основание полагать, что эксперт не была компетентна в исследовании текстов, поскольку ее специализация предполагает работу с заболеваниями людей. Так же этим самым нарушены другие фундаментальные права сторон в деле, такие как право на отвод эксперта, право знать о его квалификации и другие, как это было показано выше.

В деле Balsyte-Lideikiene v. Lithuania Европейский суд отметил, что подпараграф (d) параграфа 3 статьи 6 Конвенции относится к свидетелям, а не к экспертам. Однако Суд установил, что гарантии, содержащиеся в параграфе 3 являются составной частью концепции справедливого судебного разбирательства, указанных в параграфе 1 статьи 6 (см., кроме прочего, Artico v. Italy, решение от 13 мая 1980 г., § 32; Goddi v. Italy, решение от 9 апреля 1984 г., § 28; и Colozza and Rubinat v. Italy, решение от 12 февраля 1985 г., § 26). В указанном деле национальный суд обязан был исследовать жалобы заявителя по общему правилу, установленному параграфом 1 статьи 6.  Суд принял во внимание тот факт, что суд первой инстанции назначил экспертов для заключения в сфере политической науки, библиографии, психологии и истории с целью определения, представляет ли соответствующий текст угрозу обществу. Суд обратил особенное внимание на тот факт, что находя обвиняемого виновным, национальные суды обеих инстанций обширно цитировали заключения этих экспертов. Исходя из этого, Суд пришел к заключению, что в деле Balsyte-Lideikiene v. Lithuania заключения экспертов, сделанные до судебного заседания сыграли ключевую роль в судебном процесс против заявителя. Суд признал нарушение параграфа 1 статьи 6 Конвенции (решение Balsyte-Lideikiene v. Lithuania от 4 февраля 2009 года, пар. 63-66). Применительно к нашему делу необходимо было выяснить причины противоречий в заключении экспертов и специалиста. Так, специалист к неверующим отнесла только иудеев и христиан (пункт 2 Изложения фактов жалобы), а эксперты отнесли к неверующим всех, отличных от «поборников Аллаха» (пункт 9 Изложения фактов жалобы). С учетом отзыва на иск необходимо было выяснить у экспертов и специалистов, как в контексте спорной главы можно было толковать утверждения об учтивом обхождении с неверующими и невеждами, а именно предотвращении их зла и вреда посредством мягкого слова, отказа от грубости и удаления от того, кто способен причинить зло, если человек опасается его, или если это может подтолкнуть его к совершению еще большего зла, чем то, которое он уже совершает, а так же конкретные примеры из жизни пророка ислама, как он обходился с неверующими. Необходимо было спросить экспертов о приведенных цитатах из Библии, значительно суровее тех, что вырваны из контекста спорной книги, считают ли они их недопустимыми для современного общества (пункты 4, 8 Изложения фактов жалобы). Чтобы выяснить вопрос о том, имели ли эксперты предубеждения против исламской религии, какую информацию, полученную не процессуальным путем использовали, необходимо было выяснить, как эксперты на страницах книги о вероучении нашли «фоновую информацию, связанную с событиями последних десятилетий (прецедентами военного характера) и нестабильностью общественно-политической ситуации на Ближнем Востоке» (пункт 10 Изложения фактов жалобы).

Необходимо было выяснить, как приведенные в экспертном заключении цитаты оказывают психологическое воздействие на читателей с целью побуждения к действиям против какой-либо религии, каков конкретный, даже предполагаемый теоретически, механизм, а так же к каким конкретно действия призывают эти цитаты (цитаты, на которые ссылается эксперт в обосновании своей позиции, изложены в пункте 11 Изложения фактов жалобы).

III. ПРЕДМЕТ ЖАЛОБЫ

 

На основании вышеизложенного, в соответствии со статьей 361, 365 ГПК РФ прошу отменить решение от 24 декабря 2010 года Центрального районного суда города Тольятти Самарской области о признании информационного материала - книгу «Основы веры в свете Корана и сунны» авторов Салих ас-Сухейми, Абд ар-Раззак аль Бадр, Ибрахим ар-Рухейли в переводе с арабского Э.Р. Кулиева (под ред. A.M. Факихи, А. аль-Гамиди) - 2-е изд. - М.: Издательский дом «Умма», 2006 г. - 288 с, экстремистским материалом, с прекращением производства по делу.


Адвокат Валиуллин Рустем Рафаэлевич, мобильный телефон: +7 (9128) 56-27-87.
Адрес для писем: 426023, Удмуртия, г. Ижевск, а/я 2582. Электронное письмо можно написать перейдя на вкладку "контакты" сайта.